Лидер «Крематория» — в гостях у радио «КП»
Солист культовой московской группы «Крематорий» Армен Григорян в рамках программы «Музыка, которую мы любим» на радио «Комсомольская Правда» рассказал, на какую музыку он «ловил» в школе девушек, почему он считает «Роллинг Стоунз» великой группой и как Оззи Осборн громко кричал его имя.


ВЕСЕЛЫЕ ГИТАРЫ

— Учитывая все-таки я в гостях у «Комсомольской правды», мне хотелось бы вот стать комсомольцем, пуститься в те славные времена, в туманную юность, когда все у нас начиналось. И, давайте поговорим о группах, которые повлияли на меня таким образом, что я на самом деле пришел к этой музыке.

— Это были официальные комсомольские группы, вроде там «Лейся песня», «Голубые гитары»?

— Нет, неправильно — «Веселые гитары» и «Голубые ребята».

— А? Вот так? Так их называли?

— Да, это то, с чего мы начинали. Сначала были «Битлз» и «Роллинг Стоунз», но серьезный переворот в сознании произошел после того, как мы услышали группу «Блэк Саббат». Из более-менее современного, может быть, «Систем оф э даун» сделали еще один шаг в хард-роке, но то, что «Блэк сабат» заложили очень много ниш для расползания хард-рока, в хэви-метал, трэша. И каким-то образом эта группа, в общем, повлияла на меня. Да так, что я организовал команду, которая называлась «Атмосферное давление». 90 процентов материала, который мы играли, это был «Блэк саббат».

— Я прошу прощения. Я читал одно из ранних интервью Кости Кинчева. Он тоже рассказывал о том, что любил «Блэк саббат». И он рассказывал о том, что все стены были увешаны какими-то черепами, всякими мрачными картинками…

— У Кости, видимо, был блат, если он вешал на стенку в те времена плакаты «Блэк Саббат». У нас такого не было. У нас были маленькие фотографии, которые мы рассматривали, печатали, перепечатывали, сидя у себя в ванной с красной лампой. Это у нас была такая, как бы затея. У нас же не было тогда Интернета. Поэтому все мы домыслили. Естественно, это было благо, подержать в руках настоящую пластинку. Это сейчас можно пойти на рынок и купить, чего хочешь. А тогда это было, как золотой слиток.

— Как добыли первую пластинку?

— Спекулянты помогли. Да, у нас в школе был очень хороший парень…

— Фарцовщик?

— Нет, по тем временам он был богом, который мог достать любую пластинку за 50 рэ — фирменную, за 30 рэ — югославскую. И вот нужно было заиметь некоторое количество пластинок — а дальше шел обмен. Я никогда не забуду одну из композиций «Блэк Саббат», она называется «Айрон мэн». Там в начале звучит мое имя — дважды Оззи Осборн громко его произносит. (Да, в исполнении Оззи «айрон мэн» действительно похоже на «Армен», — прим. авт.). В то время соблазнять девочек мы как раз пытались с помощью тяжелого рока. Это было очень как-то так прогрессивно, революционно.

— Девочки под тяжелый рок расслаблялись?

— Мы приучали отходить от групп вроде «Бонни М». А под песню «Айрон Мэн» я, как бы это выразиться, превратился из мальчика в мужчину. Такие вещи не забываются.
У нас была очень прогрессивная по тем временам школа, как я оглядываюсь назад. Мы на уроках английского разбирали вот тексты. У нас была очень хорошая учительница, Наталья Борисовна Малолеткова. И однажды она придумала, что можно наше безумное увлечение совместить с учебой: мы уже не просто слушали музыку, мы стали переводить эти тексты. Более того, она потом пригласила к нам в школу настоящего американца, который приехал к нам в школу и прочитал лекцию. Очень интересно: на доске он нарисовал такой большой квадратик и написал на нем: Боб Дилан. А потом от него уже пошли все остальные, включая «Битлз» и «Роллинг Стоунз». Это, видимо, такой американский взгляд на историю рок-музыки. Получилась очень интересная затея — изучать музыку и язык одновременно. У «Блэк саббат» помимо музыкальной составляющей была некая мистика. И тексты, которые мы разбирали, были очень созвучны нашим тогдашним приоритетам в литературе — Эдгар Алан По, Ивлин Во.kp-08-10-11-1

Через три года «Крематорий», давно получивший статус культовой команды, будет отмечать свое 30-летие.
Фото: Фото: с официального сайта группы.

О МАЙКЕ НАУМЕНКО И ВЕЛИИИ «РОЛЛИНГ СТОУНЗ»

— А играть-то вы учились по «Блэк сабат» или по каким-то другим ансамблям?

— По Иванову-Крамскому я учился… Дело было так: когда меня выгнали из музыкальной школы, и я увлекся футболом, то второе явление отца народу произошло как раз. Может быть, в седьмом, восьмом классе. И когда это уже было, то есть я не расставался с гитарой, по-моему, даже в сортир с гитарой ходил. Родители, слава Богу, когда жили за границей, к ним приезжал с концертом, сейчас забыл его имя, но фамилию я помню точно: Кошкин, такой. Очень серьезный музыкант, наш, классик. И папа с ним созвонился и договорились, что я буду брать у него уроки. И я ездил ежедневно к Кошкину и занимался. И вот он как раз, когда я у него попросил: «А вот я хотел бы играть на бас-гитаре, как Гизер Батлер», Я поставил ему эту музыку, которую мы тогда слушали. Он нашел в себе силы и стал мне преподавать еще и бас-гитару.

— Армен, вы говорили не раз в своих интервью о том, что очень тепло относитесь к творчеству Майка Науменко, и тому вкладу в развитие русского рока, который он внес, привнеся эту бытовую лирику американского, британского рока…

— В начале самом Майк был проводником. Он действительно брал очень много из текстов чужих, в том числе из того же Марка Болана и даже музыку. И у него, наверное, у единственного получилось так, что он выглядел очень правдоподобно. До этого мы ходили на концерты «Машины времени», «Високосного лета», «Рубиновой атаки» — мы к ним как к отцам родным относились, но пели все-таки по-английски. А вот после Майка случилось так, что я стал постепенно писать, граффоманить по-русски. И вот эта мощь была настолько сильной, что перевернула мое представление о музыке. Я, честно говоря, до сих пор отношусь к словам с большой подозрительностью, к их фонетическому звучанию, она режет слух, когда нельзя сделать по-английски… Вот, в английском все-таки есть некая певучесть. Она очень свойственна рок-н-роллу. Так же, как итальянский язык свойственен опере.

— Вначале многие говорили, что на русском рок петь вообще в принципе невозможно.

— Да, но вот у Майка получилось, как-то это туда вкрапить. Вот как раз это было удивительно. До этого мы думали, ну, как можно спеть слово вываливающееся, сколько нот надо употребить. А у Майка это получилось в легкой форме. И, главное, то, что я говорил о картинке — у него действительно вызывала уважение вот эта стройность рассказа, где есть пролог, кульминация и эпилог. То есть, вот эта законченность форм. Соответственно, это все и породило такое желание что-то попробовать.

— Еще одна ваша большая музыкальная любовь — «Роллинг Стоунз». А любимая песня у них — какая?

— Например, песня «Mother’s Little Helper» — я все время себе представлял, как я был уполномочен моей мамой сдавать грязное белье в прачечную. Ассоциации были какие-то очень такие домашние, уютные. Я часто ставил эту песню, слушал. И мои родители понемножку стали приобщаться, хотя они любили французскую музыку, итальянскую оперу и все такое. Но потом они стали любить «Роллинг Стоунз» даже почему-то больше, чем «Битлз». И вот эта песня была локомотивом в том, чтобы их вкус поменялся в совершенно ненормальную сторону для людей, которые были членами компартии.

— Знаете, как человек, который любит «Роллинг Стоунз» вы можете подтвердить или опровергнуть вот такую мою мысль? — Мне всегда казалось, что до сих пор непонятно величие этой группы по отношению к сегодняшнему дню. Потому что на тех ранних альбомах, о которых вы говорите, они все-таки играли очень плохо.

— Да. Это так несомненно.

— И в принципе, если говорить честно, до сих пор не научились играть, прямо уж, что б — ах! А в чем их величие? Почему они остались таким большим вторым мастодонтом после «Битлз»?

— После смерти Брайана Джонса из песен, конечно, ушел мелодизм. Но сейчас, я не думаю, что им можно было бы запросто набрать хороших музыкантов, которые все это сделают. Собственно на пластинках так и делают. Но тогда, в 60-е, вы правы — они даже бубном в долю не попадали. Просто, видимо, рок-н-ролл не нужно приводить в некую математическую схему. Вот можете обратиться к критику нашему известному. Он, конечно, объяснит вам, все по полочкам разложит. И даже изумленный автор узнает много о своих песнях нового. Но я воспринимаю музыку эмоционально. И с точки зрения эмоций, нравится — не нравится. Ну как девушка: я люблю не за то, что у нее длинные ноги или красивые глаза — просто она мне нравится. И в «Роллинг Стоунз» есть некое необъяснимое обаяние. С точки зрения эмоций, я их принимаю на все сто процентов. И, слава Богу, что эта группа существует так долго и, возможно, многие, которые их критиковали или считали себя лучшими, уже давно сошли со сцены. А эти ребята все-таки продолжают играть, и для меня это большое удовольствие. Во-первых, это дает шансы нам. Может, мы тоже доживем до их лет?

КСТАТИ
5 самых известных песен «Крематория»
— Катманду
— Мусорный ветер
— Маленькая девочка со взглядом волчицы
— Безобразная Эльза
— Таняkp-08-10-11-2

 

Источник:  http://www.kp.ru
Автор: Александр Рогоза
Фото: Мила Стриж
Дата: 08.10.2011  

У Вас недостаточно прав для добавления комментариев.
Возможно, вам необходимо зарегистрироваться на сайте.